Читати книгу - "Українське письменство"

Дорогая Тамара Григорьевна,

Получили ли Вы письмо, которым я ответил на Вашу открытку — на ту, где Вы писали о Юрии Демидовиче и его расспросах обо мне? Я обещал Вам прислать подробное письмо о своих злоключениях на его имя, в надежде, что у него есть какой-то конкретный план «реабилитации». Вот теперь это письмо посылаю. Если у Вас есть какая-либо возможность, передайте ему. Буду очень благодарен. Содержание письма для Вас открыто. Я даже просил бы просмотреть его, будете в курсе моих дел.

Видаете ли Вы Соню? Если да, то, вероятно, знаете о моих злоключениях и достижениях. Злоключения заключаются главным образом в отсутствии постоянного и удобного жилья. Достижения — в договоре с ИЗО — ГИЗом. Мне поручено перевести русскими стихами «De arte poëtica» Горация — поручение очень ответственное (перевод делается для философского сборника «Эстетика древних», редактор Асмус), но хорошо оплачиваемое (2 р. 50 коп. — строка). Договор уже оформлен. Между 12 и 15 обещают заплатить аванс в размере 25 процентов, это будет почти 300 рублей.

Город Москва — мне не нравится главным образом потому, что не обсажены улицы — я теперь убедился в этом. На днях был на Малой Дмитриевке, недалеко от второго кольца бульваров. Это — улица не в пример прочим — широкая и хорошо обсаженная — и сразу почувствовалось превосходство московской архитектуры над киевским подрядческим строительством. Чудесная улица! Освещен город недурно, почти все улицы асфальтированы, но на многих тротуарах остаются допотопные тумбы.

Жизнь здесь дорога, дороже, чем в Киеве. Заработки и приработки достаются сравнительно нелегко — люди страшно загружены, как правило.

Когда я буду в Киеве, выяснится после 12-го. Тогда напишу еще. Надолго приехать, вероятно, не смогу, а видеться хотелось бы непременно.

Тем временем — пишите, хотя бы по такому адресу: Москва 9, ул. Станкевича 17, кв. 9, Б. И. Роскошному, для Николая Константиновича.

Не хотите, адресуйте на Покровку 7, 127.

С тем пока что до свидания.

[Лютий 1935]                                                         Ваш М.

Дорогая Тамара Григорьевна!

Передала ли Вам Сонечка письмо, пересланное через руки — для Вас и Юрия Демидовича? Юрко Демидович пообещал Вам написать мне — да так до сих пор и не написал ничего. Непонятно, что с ним — занят или же не хочет путаться с людьми, пребывающими в немилости.

Нового, особенно в смысле нового и положительного, у меня нет ничего. Настроения угнетенные, в зависимости от нервов, погоды (совершенно не по сезону, отвратительной погоды) и неизвестности относительно завтрашнего дня. Достаточно Вам того, что с 26 февраля сместили человека, давшего мне работу и обещавшего отпустить в Киев, — так что даже эта маленькая радость для меня почти заказана, во всяком случае отсрочена. Сегодня утром, в полвосьмого утра, до того сгустилась тоска и боль, что мне уже захотелось плюнуть на все и бежать отсюда куда глаза глядят. Единственное, что удерживает, это соображение о том, что много затрачено энергии на московский эпизод, и в другой раз столько ее уже не найдешь в себе.

Отчего Вы пишете так мало и так редко? Что слышно в Киеве? Что говорят о моем бегстве? Покорнейшая просьба моя — пересказать все слухи, которые могут мне повредить, — рассказы о том, что я устроился на постоянную работу, что я где-то читаю лекции и тому подобные враки. Если б Вы знали, как отвратительны мне эти болтающие без удержу хохлы — всегда были отвратительны, а сейчас особенно. Если бы не воспоминания об озаренных нашим мальчиком днях, если б не три-четыре дорогих человека, я бы ничего не имел, кажется, против, чтобы мне совсем уже не видеть Киева. Позавчера случайно купил на улице около университета книгу Широцкого — здесь она стоит 3 рубля! — и до сих пор даже не раскрыл ее. Но это уже в прошлом.

Простите мне эти грустные и неприятные слова. Простите и не отказывайтесь время от времени писать мне. Поддержите Сонечку, если можете и если она поддается добрым влияниям.

Пишите мне прямо на Пушкино, где я живу вот уже дней десять: Пушкино, Северная жел. д. (Московской обл.), Гоголевская 1, Федору Андреевичу Гривину, для Николая Константиновича.

С тем до свидания. Состоится же оно когда-нибудь. Привет Вашим.

                                                                              М. З.

Пушкино — дачная местность под Москвой, соединенная с городом электрической жел. дорогой. Лес славный. Недалеко от Пушкина мост через Клязьму. Пейзажи темные, но миловидные, здесь чувствуется, что и Левитан и Нестеров