Читати книгу - "Рід Добрянських. Генеалогія і спогади, Леонід Добрянський"

Жизнь на Ермакее

После сооружения куриня началась перевозка нашего имущества, а затем и переселение семьи из Царичанки. Это заняло несколько дней. И вот мы поселились в нашем временном жилище. Стояла теплая солнечная погода. Печку для варки пищи сложили из кирпича и глины неподалеку от куриня. Громоздкие вещи - огромные кадки, ткацкий станок и т. п. сложили также недалеко под открытым небом. Можно было не опасаться воров. Рябчик, как оказалось, был прекрасным сторожем.

Выбрав день, отец съездил в Давлеканово и привез новенький однолемешный плуг. Сам смастерил деревянную борону, зубья для которой отковал кузнец в Ивангороде. Весна была уже поздняя, надобно было спешить с пахотой. На торгах у одного немца отец купил еще одну лошадь - хорошую сильную кобылу Красавку. Теперь уже, имея пару лошадей и плуг, можно было начинать пахоту. Этим и занялись отец с Иваном: отец за плугом - Иван погоныч лошадей. Так они день за днем работали от восхода до заката солнца. Вспахали несколько десятин земли. Потом по вспаханной и заборонованной земле отец ходил с лукошком и разбрасывал семена пшеницы. Иван опять бороновал поле, чтобы заделать семена в почву. После посева пшеницы отец с Иваном вспахали землю на огороде. Последующие работы на огороде - посадка картофеля, овощей, капусты - легли на плечи мамы, помощницами ей были Зиня, Марика, Палажка.

Закончив полевые работы, отец начал подготовку к постройке дома. Для этого нужен был прежде всего лес. Много раз отец ездил то в Давлеканово, то ближе, в Ивановку, за лесом, пока, наконец, не припас его в нужном количестве. Отец был хорошим плотником и столяром, имел и набор нужных инструментов. Одновременно с завозом леса сооружался и каркас дома. Зиня и Марика помогали отцу в подносе и установке элементов каркаса. Промежутки между стойками каркаса были зашиты пластинами, или тонкомерным кругляком. У оврага, где не предполагалось использовать землю для хозяйственных нужд, была вырыта яма до глинистого грунта. Глину возили к постройке и здесь делали замесы из глины и соломы, добавляя воду. Полученную вязкую массу набрасывали на деревянную обшивку стен снаружи и изнутри. Трудоемкой была также работа по устройству потолка и крыши.

Дом состоял из комнаты, кухни и довольно просторных сеней. Все столярные работы, как-то: изготовление дверных и оконных коробок, оконных переплетов и дверных полотнищ отец выполнил сам с присущей ему аккуратностью. Штукатурили стены и потолки Зиня и Марика, а печи клал отец. Отец и сестры много потрудились на постройке дома.

А что же Гриша? Мне не помнится, чтобы он принимал участие в строительстве. Летом он часто отсутствовал, видимо, был в Ивангороде, Царичанке, Алексеевке. У него были там знакомые парни, в том числе Семен (фамилии не знаю) и Демьян Коржеченко, которых брат взялся подготовить к экзамену на звание учителя начальной школы (экстерном). Семен выдержал экзамен, Демьян же провалился. Впоследствии Демьян выбрал другую профессию, стал землемером и успешно проявил себя на этой работе.

Через десятки лет, когда Гриша и Демьян были уже весьма пожилыми людьми, пенсионерами, Демьян приезжал из Уфы, где он жил, к Грише в Давлеканово.

Почему же отец не привлекал Гришу к постройке дома? Я уже говорил, что отец очень ценил образование, уважал образованных господ. В Грише он видел начитанного, очень грамотного человека, гордился им. Полагаю, что поэтому отец стеснялся привлекать его к «черной работе». Мне представляется также, что после перенесенной болезни - воспаления легких - Гриша был слабым, малокровным, нуждался в усиленном питании. Гриша покупал какао и мама готовила ему какао с молоком на завтрак. Отец, по-видимому, понимал состояние Гриши, жалел его и не решался привлекать к физической работе.

Летом, еще до уборки урожая, выпадающие дожди, грозы заставили нашу семью переселиться в дом. Изнутри он был почти готов, но снаружи стены частично не были еще закончены, не была закончена и крыша.

Мне шел уже девятый год. Пете было шесть лет. Мы частенько вдвоем играли около дома. В наших играх мы повторяли то, что делали взрослые: строили дом, пахали землю, бороновали ее, засевали «пшеницей». Как-то так получалось, что я фантазировал, а Петя повторял мои вымыслы.

…Летний жаркий день, время послеобеденного отдыха. Гриша пошел купаться на ближайшее к дому озеро, и мы - я и Петя - увязались за ним. Гриша разделся, и тут Петя сделал попытку рассмотреть, каков Гриша голый. Но не успел - Гриша разгадал замысел хитрого Пети и молниеносно прыгнул в воду. Гриша оказался хорошим пловцом, он то пересекал саженками озеро вдоль или поперек, то нырял. Как оказалось, глубина озера была немалая: около полутора саженей. На речке в озере били ключи, вода была чистая. Речка протекала меж густых зарослей лозы, а озера частью заросли камышом. После этого мы с Петей, а также Иван зачастили купаться в озере на мелководье. Бывало, часами не вылезали из воды, и сестры насмешливо замечали: «Губы посинели, а они все еще сидят в воде». Чрезмерное увлечение купаньем, по-видимому, скверно отразилось на моей нервной системе. Как-то ночью я очутился у окна. Сижу на лавке и стучу в окно. Рядом со мной Петя и тоже стучит. Отец и мать проснулись, испугались. «Что вы там стучите, марш спать!» - крикнул отец. Я очнулся, ко мне вернулось сознание. И я, и Петя легли в постель и заснули. Но этот «лунатизм» повторялся не раз, и потребовалось довольно длительное время, чтобы он прекратился и я стал нормально спать. Было еще одно неприятное следствие увлечения купаньем: у меня возникла сильная боль в ухе, продолжавшаяся долго, хоть и с перерывами. Конечно, никакого лечения не было, боль прошла сама собой и без всяких последствий. Вообще, должен сказать, что холодная вода не только в детстве, но и позже, когда я уже вырос, скверно влияла на мою нервную систему. Сказывалась, по-видимому, перенесенная мной корь.

Погода в это лето благоприятствовала росту трав, сухая жаркая погода перемежалась с дождями. В мае-июне отец, вооружившись косой с «грабками», косил траву и на поле, и на лужайках в овраге у речки. Сестры помогали ему, ворошили скошенную траву, копнили готовое сено. В августе созрела пшеница, наступила пора косовицы.